Улица Крупской

Проходит в Ленинском районе. Круто поднимается от Большой Стрелецкой в сторону Чижовки. Застроена малоэтажными зданиями, некоторые из них сохранились с XIX столетия.

Планировка улицы начала складываться с третьей четверти XVIII века. Здесь находилась центральная часть городской слободки «Гумны», названной так потому, что на этом месте укладывали скирды хлеба. Во время введения в городе «регулярной» планировки улице придали правильные очертания, продолжили ее спуском в Стрелецкий лог.

На планах начала XIX века встречаются такие обозначения улицы: «Черенковский переулок», «Черенковская улица» (происхождение не выяснено). В конце XIX и начале XX века ее именовали Монашкиной горой (так же, как и одну из чижовских улиц, см. статью «Песчаная гора»). В верхней части горы жили монахини, здесь находилась усадьба, принадлежавшая Покровскому Девичьему монастырю. Это монастырское домовладение числится в документах 1920-х годов муниципализированным; в качестве его адреса названа улица Бедноты (теперь ул. Красных партизан), к которой улица Крупской примыкает наверху.

В 1928 году Монашкину гору переименовали в улицу Крупской в честь соратницы и жены В. И. Ленина, политического деятеля и педагога Надежды Константиновны Крупской (1869-1939).

Как раз в конце 1916 года усадьбу посетил один из иеромонахов Оптиной пустыни. В усадьбе ему настолько понравилось, что он оставил в качестве благословения Иверскую икону Божией Матери и высказал мысль о том, что было бы очень хорошо устроить здесь подворье одного из самых значимых в Россйской Империи монастырей. Но история рассудила по-своему. Через год полыхнуло по всей России, настали страшные дни и в Воронеже.

А Иверская икона Пресвятой Богородицы, написанная в 1916 году на Афоне, в Русском Свято-Пантелеимоновом монастыре, осталась у воронежских монахинь, в маленьком домике, где матушек оставили доживать. К 1942 году оставалось две стареньких монахини. С ними тогда жила молоденькая инокиня Марионила, будущая схиигумения Макария (Чеботарева).

Шли ожесточенные бои за Воронеж. Город постоянно бомбили. Спасаясь от них, иногда по несколько часов матушки сидели в погребе. После одной из бомбежек вылезли наверх – а домика нет, в него попала бомба. Остался лишь маленький простенок, а на нем невредимая Иверская икона. Только стекло в левом нижнем углу треснуло.

Икона до сих пор хранится в том же виде, с тем же треснувшим стеклом в киоте.

Вокруг стареньких монахинь всегда собирались верующие. Трудно, с опаской, ночами, почти как в древнеримских катакомбах, отправлялись службы, принимались, иногда заочно, исповеди. К сожалению, точных сведений о том периоде не сохранилось. Матушка Маргарита рассказывала о некоем священнике, которого большевики разорвали конями. Еще помню ее рассказ о том, как перед войной служили праздничную службу на Крещение. Под утро, когда служба уже практически закончилась, за окнами замелькали тени – «а́генты» пришли. В дом ворвались чекисты. Начали хватать всех без разбора. Матушку спасло то, что она стояла рядом с входом в комнату. Была она маленькой и худенькой. Дверь, распахнутая настежь, прикрыла ее от НКВДшников, на нее не обратили внимания. Ей удалось выскользнуть во двор и спрятаться в сарае, на поленнице, под самой крышей. Там она и пролежала пятнадцать часов, на почти 30-градусном морозе, без теплой одежды, молясь Пресвятой Богородице. Царица Небесная спасла молоденькую инокиню – не было даже насморка.

Матушка рассказывала, что вся церковная жизнь проходила в строжайшей тайне. Чужаков не принимали, людей проверяли. Но это помогало не всегда. «Одна женщина долго ходила к матушкам, они ей не доверяли. А она все ходила, ходила. Раз проверили – прошла проверку, второй раз – тоже. Приняли ее, доверились. А через месяц начались аресты…»

Некоторое время служил иеромонах Антоний (фамилия неизвестна). Его захватили во время службы, связали и привязали сзади к саням. Лошадей стегали кнутами так, что они понесли. После того, как их остановили, хоронить было уже некого…

После войны началась следующая глава истории общины, связанная с отцами-исповедниками, в катакомбах подвизавшимися, архимандритом Никандром, архимандритом Иларионом и иеросхимонахом Амвросием.

В 1945 году в Воронеж приехал отец Никандр.

Из официальных документов

По материалам сайта drevo-info.ru

Отец Никандр

Никандр (Стуров) (1865 - 1955), архимандрит, б. настоятель Задонского Богородице-Рождественского монастыря

В миру Стуров Никита Алексеевич, родился в 1865 году в селе Малинине Задонского уезда Воронежской губернии в семье крестьянина.

С 1894 года был насельником Задонского Богородице-Рождественского монастыря.

Пострижен в монашество с наречением имени Никандр. Рукоположен во иеродиакона и во иеромонаха.

Возведён в сан архимандрита.

В 1923 году стал настоятелем Задонского Богородице-Рождественского монастыря. В том же году, при храмах монастыря было создано «Тихоновское» религиозное общество, но обновленцы не позволили его членам служить в монастырских храмах.

С 1925 года исполнял обязанности приходского священника в Рождественском храме села Верхнего Казачьего; как настоятель монастыря, направлял монахов на приходы, занятые обновленцами. По следственным показаниям игумена Нафанаила (Панина), «причиной посылки на приходы меня и других иеромонахов послужило то обстоятельство, что приходы не принимали красных обновленческих священников».

После закрытия обители проживал на её территории, выполнял кустарные работы.

С 1928 года примкнул к епископу Алексею (Бую). В июне 1929 года, получив письмо от сосланного на Соловки еп. Алексия, организовал сбор средств для оказания помощи архиерею.

Весной 1929 года братия получила приказание освободить жилые помещения в 2-этажном здании у свечного завода.Тогда архим. Никандр купил для монахов у Задонского горсовета дом на Дворянской ул., который стал последним приютом общины.

В сентябре 1929 года был арестован в городе Задонске. 28 сентября того же года против «контрреволюционной группировки» архимандритов Никандра и Прокопия (Бондарева), иеромонахов Иоанникия (Стукалова), Нафанаила (Панина) и Пиония (Ермоленко), иеродиакона Виктора (Дубинина), монахов Мануила (Щепкина), Митрофана (Вахтина), Серафима (Меренкова) и других возбудили уголовное дело. Обвинялся в распространении слухов, вызвавших давку во время празднования, в помощи еп. Алексию (Бую), в хранении копий рукописи «Что должен знать православный?», переписанной из брошюры прот. Ф. Андреева и проф. М. А. Новосёлова.

26 декабря 1929 года Особым совещанием при Коллегии ОГПУ осуждён с обвинением в "контрреволюционной агитации" по ст. 58–10, 58–11 УК РСФСР и приговорён к 10 годам лишения свободы с отбыванием в концлагере. С 1930 года заключение отбывал в Ухтпечлаге.

4 апреля 1933 года по постановлению Коллегии ОГПУ на оставшийся срок выслан в Северный край. После освобождения проживал в с. Яренске Ленского р-на Архангельской области. Совершал тайные богослужения в домах верующих.

22 сентября 1937 года повторно был арестован.

14 октября 1937 года Особой тройкой при УНКВД осуждён с обвинением в "контрреволюционной агитации" и приговором на 10 лет ИТЛ.

В 1945 году вернулся в г. Воронеж, служил тайно. По воспоминаниям схиигумении Макарии (Чеботаревой): "Старый, немощный, согбенный, но иногда мог служить Литургию и окормлял верующих как мог. Монахинь постригал, но мало".

Архимандрит Никандр был очень осторожным человеком, литургию проводил только ночью, через монахинь получал покаянные записки (на исповедь) и через них передавал Святые Дары для причастия.

Скончался 29 декабря 1955 года.

22 августа 1989 года реабилитирован по 1937 году репрессий.

24 июня 1891 года реабилитирован определением Липецкой областной прокуратуры.

Через некоторое время после смерти отца Никандра в Воронеж вернулся из ссылки протоиерей Иоанн Андриевский (впоследствии – архимандрит Иларион).

Архимандрит Иларион

Иван Ардалионович Андриевский

Год рождения: 1875 (по некоторым источникам — 1878)

Место рождения: село Голышовка (Пухово), Острогожский уезд, Воронежская губерния Происхождение: сын священника

Образование

Окончил Воронежскую духовную семинарию.

Церковное служение

1901–1913 — секретарь архиепископа Воронежского Анастасия (Добрадина).
После кончины владыки Анастасия в 1913 году перешёл на службу к новому архиепископу Воронежскому Тихону (Никанорову), прибывшему из Калужской епархии 4 мая 1913 года.
Был рукоположён в сан иерея.
С 1920 года — настоятель Рождественской церкви в Воронеже.
1920–1922 — настоятель Воскресенской церкви в Воронеже с возведением в сан протоиерея.
Считается первым из воронежского духовенства, кто открыто выступил против обновленчества и сыграл ключевую роль в сохранении православной веры в регионе.

Первые репрессии

1922 — за борьбу с обновленцами лишён прихода и арестован.
По приговору того же года — лишение свободы.
1922–1925 — находился в заключении или ссылке.

Повторное служение и конфликт с «Декларацией» митрополита Сергия

1925 — по возвращении назначен духовником кающихся обновленцев архиепископом Петром (Зверевым).
До 1928 года проживал в Воронеже как ссыльный и был настоятелем Вознесенской церкви.
Присоединился к иосифлянам — движению, не признавшему политическую лояльность митрополита Сергия (Страгородского) советской власти.
Подписал протестное обращение от 9 января 1928 года епископа Воронежского Алексия (Буя) против «Декларации» Сергия.

Второй арест и ссылка

10 мая 1928 — арестован как «сторонник епископа Алексия (Буя) и активный участник антисоветской агитации».
31 августа 1928 — Особое совещание при Коллегии ОГПУ приговорило его по статьям 58-10 и 58-11 УК РСФСР к 3 годам высылки в Среднюю Азию.
Отбывал ссылку в посёлке Канимех, Узбекская ССР, до 12 октября 1931 года.
После освобождения был лишён права проживания в 12 крупных городах и обязан был жить в Центрально-Черноземной области.

Постриг и дальнейшие репрессии

После возвращения из ссылки был пострижен в монашество с именем Иларион.
22 марта 1941 — вновь арестован по обвинению в участии в «антисоветской организации».
Приговорён к 8 годам ИТЛ.
Отбывал наказание в Краслаге (Красноярский край).
Освобождён в 1956 году. Всего провёл в лагерях и ссылках 28 лет.

Последние годы

С 1956 года жил в Воронеже, где возглавлял катакомбную православную общину.
В конце 1950-х годов был возведён в сан архимандрита.
Скончался 26 июня 1961 года в Воронеже

Также в 1956 году в Воронеж приезжает отец Амвросий.

Иеросхимонах Амвросий

Капинус Андрей Антонович

Год рождения: 1887
Место рождения: деревня Краснополка, Маловисковский уезд, Херсонская губерния
Происхождение: крестьянская семья, украинец

Ранние годы и военная служба

Служил в лейб-гвардии Семёновском полку с 1906 года.
Участвовал в Первой мировой войне.
Впоследствии — офицер Белой армии, дослужился до чина полковника.

Монашеский путь и рукоположения

1922 — принял монашество в Онуфриевском монастыре (Черкассы, Херсонская губерния) с именем Анувий.
Вскоре возведён в сан иеродиакона.
1922–1928 — служил в Киеве.
1928–1929 — иеродиакон в Покровской церкви Высоцкого монастыря, Серпухов (Московская область).
1929 — в Ленинграде епископом Димитрием (Любимовым) был рукоположён в сан иеромонаха.
1929–ноябрь 1930 — продолжал служение в Серпухове. Лишён избирательных прав.

Первые репрессии

15 ноября 1930 — арестован в Серпухове.
18 февраля 1931 — по приговору тройки при ПП ОГПУ по Московской области осуждён на 5 лет в концлагере по статьям 58–10 и 58–11 УК РСФСР как участник «контрреволюционной церковно-монархической организации „Истинное Православие“».
Отбывал наказание в Воркутинском ИТЛ (Коми АССР), работал на лесоповале.
Осенью 1935 — освобождён и направлен в ссылку в Астрахань.

Служение в ссылке и повторный арест

1935–14 августа 1936 — жил в Астрахани, был певчим церковного хора.
14 августа 1936 — вновь арестован.
21 января 1937 — Особое совещание при НКВД приговорило его к 5 годам ИТЛ за «антисоветскую агитацию».
1937–1 июля 1942 — заключение в Воркутинском отделении Ухтпечлага.
После освобождения остался в Воркуте по вольному найму.

Послевоенные годы и катакомбное служение

Лето 1945 — проживал в посёлке Чембар, Пензенская область.
Август 1946 — переехал в село Мазурка, Воронежская область. По дороге у него было похищено временное удостоверение личности, после чего он оказался без определённого места жительства.
Тайно совершал богослужения по сёлам Воронежской области, формируя катакомбную паству.

Третий арест и заключение

4 января 1951 — арестован на станции Поворино (Воронежская область).
15 сентября 1951 — приговорён Особым совещанием при МГБ СССР к 10 годам ИТЛ как «руководитель воронежской группы антисоветской церковно-монархической организации „истинно-православных христиан“».
Отбывал наказание в Озерлаге (Иркутская область).
Освобождён в 1955 году.

Последние годы и духовное наследие

1955 — вернулся в Воронеж.
1956 — присоединился к катакомбной общине, возглавляемой архимандритом Иларионом (Андриевским).
С 1961 года — стал духовным руководителем Воронежской и ряда других катакомбных общин.
В конце 1950-х годов тайно принял схиму с именем Амвросий.
Имел большую паству, продолжал тайные богослужения.

Кончина и реабилитация

Скончался 14 октября 1966 года в Воронеже.
Похоронен на городском кладбище Воронежа.
Реабилитирован 24 мая 1991 года на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 января 1989 года.